Что чувствуют люди, оказавшиеся в роли любовницы или любовника?
Перевод научного исследования Evdokia Ntali и Nicolas Christakis (2021).
Перевод научного исследования Evdokia Ntali и Nicolas Christakis (2021).
Быть третьей стороной неверности
Быть третьей стороной неверности: рассказы о пережитом опыте участников онлайн-группы поддержки
Эвдокия Нтали, Николас Христакис · Вольный перевод, Анна Лавьер, 2026
Аннотация
Учитывая скрытый характер неверности и её неблагоприятное влияние на вовлечённых
партнёров, настоящее качественное исследование изучило, как люди, участвовавшие во
внепарных отношениях в качестве третьей стороны, рассказывают о своём опыте в
онлайн-группе поддержки.
Проанализированы 60 сообщений, опубликованных в течение шести
месяцев. Тематический анализ выявил три основные темы:
Исследование показывает, как участники заново выстраивают понимание внепарных
отношений и создают новые способы осмысления своего опыта. Их размышления об интимных
отношениях отражают более широкие культурные представления, противоречия и дилеммы,
связанные с образом себя и отношениями, проявляющиеся в письменном общении
онлайн-группы.
Введение
Создание и поддержание отношений связано с множеством трудностей. Конфликты,
предательство, болезненные сообщения и другие нарушения неизбежно встречаются в
близких отношениях (Niehuis et al., 2019; Pederson & McLaren, 2017). Неверность особенно
привлекает общественное и научное внимание. Единого общепринятого определения
неверности нет. Как отмечают Hertlein и соавторы (2005), даже два человека в одних
отношениях могут по-разному понимать, что именно считается изменой. Оценка неверности
зависит от субъективных критериев и прямых либо косвенных правил пары (Adam, 2019). Если
традиционно под неверностью понимали внебрачный половой контакт (Thompson, 1983),
современные определения включают эмоциональную, сексуальную, смешанную и
интернет-неверность (Guitar et al., 2017; Hertlein et al., 2005).
Общим для определений является нарушение явного или подразумеваемого соглашения
между двумя людьми. Неверность предполагает сексуальные переживания или отношения за
пределами пары, способные повлиять на основные отношения и вызвать неблагоприятные
внутриличностные и межличностные последствия (Hargrave, 2008). Fife и соавторы (2008)
определяют её как предательство выраженного или подразумеваемого обязательства
интимной исключительности: эмоциональная и/или сексуальная близость разделяется с
человеком вне основных отношений без согласия другого партнёра. Неверность может нарушить непрерывность отношений, привести к разводу либо обращению
за профессиональной помощью (Timm & Blow, 2018; Yuan & Weiser, 2019). Она способна
разрушать доверие, привязанность, нежность и близость (Leeker & Carlozzi, 2014).
Описываются стыд, утрата, избегание, эмоциональное истощение (Gordon et al., 2005; Warach &
Josephs, 2021), депрессивные, тревожные и психосоматические реакции (Shrout & Weigel, 2018).
При этом человек, изменивший партнёру, тоже может испытывать эмоциональное потрясение,
скорбь, депрессивные симптомы и чувство вины (Walters & Burger, 2013; Wilkinson & Dunlop,
2021).
Хотя переживания пострадавшего партнёра хорошо изучены, исследований
непосредственного опыта людей, становящихся третьей стороной уже существующих
отношений, крайне мало. Причины — скрытность таких связей и их общественное
неодобрение.
Опыт третьей стороны неверности
Социолог Лорел Ричардсон (1985) собрала качественные данные о женщинах, которые
сознательно вступали в отношения с женатыми мужчинами. Для некоторых это было способом
исследовать собственную сексуальность; отношения приносили личные и профессиональные
преимущества (Richardson, 1985, 1988). Большинство выражало сожаление, хотя некоторые не
раскаивались. Женщины нередко подстраивали жизнь под партнёра, отдалялись от
источников поддержки и чувствовали одиночество после разрыва, когда мужчина возвращался
к жене.
Weiser и Weigel (2015) изучали опыт третьей стороны и личностные характеристики.
Большинство участников сначала не знали, что оказались вовлечены в измену; после
выяснения обстоятельств менее половины прекращали отношения. Авторы обсуждали связи с
меньшей доброжелательностью, тревожной привязанностью и более ограниченной
социосексуальной ориентацией. Эти результаты относятся к исследованной выборке и не
позволяют объяснить каждый отдельный случай.
DePompo и Butsuhara (2016) исследовали особый опыт третьего партнёра. Участники
описывали момент включения привязанности, дававший надежду на удовлетворение важных
потребностей, затем — понимание того, что реальность может отличаться от ожиданий. Они
сообщали о противоречащих друг другу ценностях, попытках сосредоточиться на хорошем,
навязчивых размышлениях, отдалении от друзей и семьи и значительных вложениях в
отношения.
Utley (2016) оспаривала уничижительные стереотипы о «другой женщине», изучая переговоры
о власти в неравных отношениях. Участницы дистанцировались от негативных стереотипов,
считая, что те относятся к кому-то другому. Они описывали удовлетворение прежде
неудовлетворённых эмоциональных и сексуальных потребностей, но также чувства глупости,
пустоты, покинутости и разрушенности.
Ещё одно направление — «увести партнёра» (mate poaching), то есть попытки привлечь человека
из уже существующих отношений. Schmitt и Buss (2001), Sunderani и соавторы (2013), Arnocky и
соавторы (2013) изучали распространённость такого поведения, индивидуальные
характеристики, предполагаемые выгоды и издержки, а также связи с сексуальным и
романтическим опытом.
Значение настоящего исследования
Большинство работ посвящено переживаниям преданного партнёра. Между тем неверность затрагивает всех участников. Недостаточно известно, как мужчины и женщины в роли третьей стороны понимают отношения, какие трудности испытывают и какие потребности удовлетворяют. Скрытность, запретность и стигматизация могут мешать обращаться за поддержкой.
Онлайн-группы поддержки предлагают доступность, удобство, контроль общения, социальную дистанцию и анонимность (Barak et al., 2008), что облегчает обсуждение стыдных или стигматизированных тем. Подобное общение может способствовать совладанию, ощущению влияния на ситуацию и психологическому благополучию (van Uden-Kraan et al., 2008).
Люди ищут поддержку в интернет-сообществах и переосмысляют свой опыт. Эти
переосмысления влияют на их действия вне сети. Платформа не просто передаёт неизменные
взгляды: её особенности формируют рассказы и придаваемые событиям значения (Baym, 2010).
Исследование использует рассказы в группе взаимопомощи, чтобы понять опыт третьей
стороны в моменты переживания болезненных последствий отношений.
Метод и цель исследования
Главный вопрос: как участники онлайн-группы поддержки описывают опыт пребывания в роли
третьей стороны посредством самопрезентации и раскрытия чувствительных сторон своей
жизни? Исследование опирается на конструктивистский подход и два допущения: смысл
неверности социально конструируется и изменяется; участники сообщества заново создают
представления о внепарных отношениях в процессе общения.
Процедура
Источником послужило онлайн-сообщество поддержки LoveAffairs (это псевдоним, выбранный
по этическим причинам). В нём обсуждают любовные связи, семейные отношения, расставания
и другие темы. Для публикации сообщений нужна регистрация, но сообщения доступны
публично. Авторы заменили имена участников и название форума, чтобы снизить риск
идентификации. Они рассматривали этические последствия использования опубликованных
сообщений без индивидуального согласия.
Сбор и анализ данных
Исследование одобрил этический комитет факультета коммуникации и медиа-исследований
Национального университета имени Каподистрии в Афинах. Применялась целенаправленная,
неслучайная выборка: 60 сообщений от 60 разных людей, обращавшихся за ответом или
поддержкой и имевших опыт третьей стороны. Сообщения опубликованы с 1 февраля по 31
июля 2017 года. В исходных публикациях указаны автор, дата, время и текст.
Использовался индуктивный тематический анализ (Braun & Clarke, 2006; Clarke et al., 2015),
позволяющий выявлять смысловые закономерности в свободных рассказах. Материалы
обрабатывали в MAXQDA. Шесть этапов включали многократное чтение и знакомство с
текстами, создание кодов и подкодов, поиск тем, проверку тем, их определение и подготовку
иллюстрирующих примеров. Два подготовленных аналитика кодировали материалы четырьмя
частями по 25% массива; согласованность сегментации составила 85%.
Результаты анализа сообщений людей, определявших себя как «другой мужчина» или «другая женщина», позволил выделить три главные темы и несколько подтем:
1. Противоречивые стороны опыта третьей стороны. «Жизнь в тени утраты» — внутренние
конфликты, разочарование при разрыве или дистанцировании партнёра. «Преобладание
амбивалентности» — дилеммы и трудности выбора дальнейшего пути отношений.
2. Притягивающие стороны отношений. «Отношения как поддерживающая среда» —
поддержка и безопасность, удерживающие человека в связи. «Стремление к
исключительности» — желание продолжения отношений и перехода к иной форме
обязательств.
3. Усвоенные уроки и обобщающие выводы. Осмысление общего развития отношений и
формирование представлений об их качестве и значении.
Противоречивые стороны опыта третьей стороны
Жизнь в тени утраты
Сначала участники рассказывают о надеждах, планах на будущее и потребностях, которые
рассчитывали удовлетворить. Но эти представления могут внезапно разрушиться, когда
партнёр решает прекратить отношения или отдаляется. Это вызывает душевную боль.
Переживание предательства может включать два аспекта: отвержение и то, что партнёр
выбирает другого человека — вероятно, супруга или супругу.
«Мы были безумно влюблены и строили планы на совместное будущее. Вдруг он стал
холодным. (…) Как можно перейти от невероятной любви и намерения уйти от жены к
тому, чтобы так хладнокровно бросить человека? Я в шоке, и боль невыносима. —
Кэтрин»
«Прошло восемь месяцев с нашей последней встречи, а я чувствую себя ещё более
потерянной и одинокой. (…) Разумом я понимаю, что так лучше, но мне требуется так
много времени, чтобы снова почувствовать себя целой и двигаться дальше. Кажется, я
застряла. — Барбара»
Вступая в страстную связь, люди ожидают удовлетворения потребностей, но сталкиваются с
тем, что отношения развиваются не так, как представлялось (Cupach & Spitzberg, 2010). Разрыв
может запускать переживания потери, разочарования и отвержения.
Кэтрин описывает себя как «совершенно отвергнутую, словно мешок картошки», а Хелен — как «пустую оболочку».
После расставания возникает ощущение личной неудачи. Утрата затрагивает и идентичность:
воспоминания о себе как о партнёре конкретного человека становятся болезненными, когда
эта роль исчезает. Таким образом, утрата оказывается центральным переживанием.
Преобладание амбивалентности: когда сосуществуют противоположные побуждения
Участники описывают дилеммы и трудности принятия решений. Секретность, знание о
существовании другого официального партнёра и неопределённость будущего постоянно
тянут человека в противоположные стороны.
«Я не мог до конца включиться в происходящее, потому что мои моральные представления и чувство реальности совершенно сбились с курса среди этой сюрреалистической череды событий. — Джордж»
«Я сейчас в очень плохом состоянии. Я так сильно люблю этого мужчину и любила всю
свою жизнь. Мне ужасно жаль его постоянную партнёршу, чувство вины мучительно, но и
собственные желания разрывают меня. — Мэри»
В рассказах сталкиваются сила желания и понимание, что изменения, необходимые для
продолжения отношений, могут изменить и саму близость. Авторы рассуждают о том, что
запреты и препятствия способны поддерживать желание. Один участник называет
происходящее «пузырём» — особым миром отношений, не совпадающим с повседневной
реальностью.
«Я понимаю, что наши отношения существовали словно в пузыре и стали бы другими с
опекой над детьми и повседневными заботами. (…) Логически уходить нет смысла, но
сердце говорит обратное. В голове мне кажется, что у нас всё получилось бы (хотя это
может быть туманом), и я не знаю, сколько ещё выдержу эту борьбу. — Майкл»
Рассказы отражают переплетение этических вопросов и стремления к личному
удовлетворению. Люди колеблются между желанием более устойчивых обязательств и
потребностью сохранять дистанцию; между безопасностью и свободой без ограничений. Они
оказываются в промежуточном состоянии приверженности.
Притягивающие стороны отношений. Отношения как поддерживающая среда
Несмотря на противоречия и издержки, внепарные отношения удовлетворяют эмоциональные
и практические потребности, компенсируя их цену. Участники особенно подчёркивают
поддержку.
«Эмоциональная поддержка, которую он мне давал, была поразительной. Я чувствовала
себя по-настоящему любимой, защищённой и в безопасности. Я снова почувствовала себя
живой. — Кейт»
«Мы оба активно поддерживаем друг друга всеми возможными способами. (…)
Поддержка, которую мы даём друг другу, исходит именно из этого. (…) Я стараюсь
создавать для него атмосферу любви, принятия, похвалы и полного отсутствия давления.
— Анна»
Описывается атмосфера любви, понимания, принятия, защищённости и заботы, где
удовлетворяется потребность в общении и защите, но отсутствуют некоторые обязательства
обычных отношений. Взаимная поддержка, эмпатическое понимание и определённая
дистанция оказываются значимыми.
«Мы договорились подождать, пока его ещё не родившемуся ребёнку исполнится год.
(…)
Мы обсудили, что сначала должны разойтись с прежними партнёрами, дать всем
семьям время приспособиться, а потом свободно строить наши отношения. — Марта»
Такие отношения могут развиваться в сторону исключительности, но сталкиваются с
препятствиями, например с важными переходными событиями в основной семье. Возникают
«отношения в режиме ожидания», проходящие циклы и этапы, зависящие от обстоятельств за пределами пары. Связь может начинаться как гибкая и временная, но со временем один или
оба участника начинают настойчиво стремиться к исключительности, пытаясь совместить
безопасность стабильности с приключением, поддерживающим желание.
Стремление к исключительности
Несмотря на препятствия, участники описывают надежды и образы совместного будущего.
«Я фантазировал и представлял наше прекрасное совместное будущее, и, как ни
печально, мысленно вычеркнул из него свою семью. — Николас»
«Он предложил мне переехать. Я настаивала, что нужно прекратить переписку и всё
остальное, но это не сработало — чувства оставались очень сильными. Через шесть
месяцев мы планировали уйти от своих партнёров и жить вместе. — Ив»
Хотя такие отношения начинаются в условиях отсутствия исключительности, желание
эксклюзивной связи часто сохраняется. Невозможность осуществить это стремление вызывает
разочарование.
«Поэтому я решила наслаждаться этим, сколько бы оно ни продлилось. Он первым
сказал, что любит меня. Я ответила тем же, и через несколько месяцев это стало
совершенно искренним. Я любила его, восхищалась им, он меня завораживал. Мне было
так грустно от мысли, что я стану лишь маленькой главой в его жизни. — Бренда»
Многие участники стремятся к устойчивым обязательствам вопреки временному характеру
связи. Это можно рассматривать как движение вперёд, призванное разрешить противоречия.
Люди ищут эмоциональную связь, способную обеспечить безопасность. В следующей теме
рассматривается, как они сами объясняют причины выбора таких отношений.
Усвоенные уроки и обобщающие выводы
В сообщениях участники объясняют, почему отношения возникли, сохранялись и завершились,
а также оценивают их развитие и качество. Рассказ о своём опыте помогает заново
договориться с собой о значении этих отношений и перестроить его. Люди обращаются к
самоанализу и делятся выводами с другими.
Некоторые пытаются объяснить возникновение и болезненное завершение связи причинами,
выходящими за рамки взаимного притяжения.
«Теперь мне кажется, что всё это было нужно, чтобы потешить его самолюбие и
проверить, сможет ли он меня заполучить. Теперь он знает, что смог, и выбросил меня,
возможно, даже получая удовольствие от грубости. Я запуталась. Может быть, я сама
водила его за нос и не должна ожидать, что он будет бежать по первому моему зову. —
Ив»
Участница приписывает возникновение связи потребности партнёра укрепить самооценку и
почувствовать власть над ней. Когда эта цель, по её мнению, была достигнута, он перестал
откликаться. Такое объяснение формирует отрицательную итоговую оценку отношений.
В других рассказах осмысление сопровождается обесцениванием себя и всей связи. Люди
сожалеют о случившемся.
«Оглядываясь назад, я была такой наивной и глупой, что связалась с ним и поверила всей
его лжи! Я очень глубоко сожалею об этом периоде своей жизни. — Моника»
«Хотелось бы, чтобы этого не случилось, но я человек, и вред уже нанесён. Урок усвоен.
Думаю, в конце концов он просто выбрал путь наименьшего сопротивления. Вина,
разоблачение — ему нужен был покой, поэтому он остался с женой, вместо того чтобы
рискнуть и быть со мной. — Джессика»
Обе участницы описывают сожаление и стремятся рационально объяснить своё участие. В
первом случае осознание обмана и утрата доверия способствуют самозащите и
дистанцированию. Во втором подчёркивается риск, который мужчина, по мнению участницы,
не захотел принимать, а также возможное влияние социального окружения.
Другие участники формулируют уроки в виде советов сообществу.
«Я многое узнал из этого опыта о себе и других людях. Я определённо стал меньше
осуждать окружающих. Я понял, насколько важна забота о себе: не только ходить в
спортзал, но и ставить себя на первое место. Каждый отвечает за собственную жизнь. —
Джон»
«Вот чему я научилась: Романы на стороне — это настоящие отношения. Два человека
вкладывают время, эмоции и силы — это реальные отношения. (…) Не все люди ставят
любовь и близость на одинаковое место в своей жизни. Причина, по которой вам
кажется, что никто не понимает вас так, как партнёр по роману, может заключаться в
том, что с ним вы проявляете наиболее искреннюю версию себя. — Маргарет»
Маргарет подчёркивает реальность эмоциональных вложений, различия в значении любви и
близости для разных людей и возможность переживать себя более свободно. Её личные
выводы приобретают нормативный, поучающий характер, отражая распространённые
культурные представления о романтических отношениях.
Обсуждение
Участники переосмысляют причины и итоги отношений, факторы разрыва и общую оценку
связи. Сжатые рассказы помогают заново создать значение опыта третьей стороны. Они ищут
облегчение среди людей, способных понять их боль и предложить поддержку.
Онлайн-общение становится своеобразным продолжением дружеского разговора, но
подчиняется риторическим и эмоциональным правилам группы. На основе представлений о
любви, желании, близости, этике и предательстве участники выстраивают личную
идентичность и пытаются справиться с переживаемыми трудностями.
В целом третьи партнёры переживают многие процессы, сходные с теми, что происходят в
эксклюзивных отношениях. Однако переживание утраты оказывается особенно существенным.
Участникам трудно понять и принять происходящее; они колеблются между желанием
продолжить связь и потребностью отдалиться (см. также DePompo & Butsuhara, 2016). Эти
колебания связаны и с запретным характером отношений, и с желанием сохранять свободу.
Одновременно люди стремятся к поддержке, безопасности, заботе и устойчивым
обязательствам.
Такие отношения отличаются недостатком общественного признания, невозможностью
контролировать их развитие и отсутствием ясных обязательств. Возникает положение
«ожидания» и неопределённых надежд на будущее, в котором связь станет исключительной.
Когда надежды не оправдываются, участники через внутренний диалог пересматривают
отношения и своё место в них. Этот диалог помогает увидеть отрицательные стороны и,
возможно, избежать повторения подобного опыта.
Эмоционально насыщенные рассказы передают утрату отношений, которая может становиться утратой части себя, и неопределённость собственного положения. Человек способен ощущать
себя главным проигравшим в треугольнике. Сходные переживания описаны Utley (2016) в
исследовании власти в неравных отношениях.
Участники сообщают о стыде из-за общественного неодобрения. Запретность и временный характер связи могут приносить возбуждение и удовольствие, но многие одновременно стремятся к надёжной исключительной приверженности, сталкиваясь с препятствиями существующего брака или основных отношений партнёра.
Публичное признание чувств имеет моральное измерение и может выполнять
восстановительную функцию. В таком признании проявляется надежда вновь почувствовать
принадлежность к моральному сообществу. Онлайн-группа становится культурным
пространством, где в центре обсуждения — эмоциональные раны и боль: «Почему я страдаю?»
и «Как лучше справиться с этой болью?» Авторы подчёркивают, что разговор строится не
только вокруг индивидуальных желаний, но и вокруг значимости близких отношений и
неоднозначности регулирующих их норм (Illouz, 1999).
Для понимания переживаний необходимо учитывать межсубъектный контекст:
психологические явления нельзя полностью объяснить вне отношений, в которых они
возникают. Авторы обращаются к идее Stolorow (2002), согласно которой внутриличностный
детерминизм уступает место последовательному вниманию к межсубъектному контексту, а
также к представлению о формировании человека через историю объектных отношений и сеть
связей (Roseneil, 2009).
То, как люди говорят об эмоциях и сексуальности, связано с формированием Я. Я создаётся в
отношениях, и при их разрушении человек страдает. Современная близость ставит перед
человеком двойную задачу: искать безопасность обязательств и одновременно сохранять
самостоятельность — быть свободным и вместе с другим (Bauman, 2003; Hobbs et al., 2017).
Рассказы участников отражают преобразования современных отношений.
Третья сторона находится в связи, где другой человек одновременно близок и далёк: отношения существуют сейчас, но возможность общего будущего ограничена. Это обостряет конфликт между кратковременным удовольствием и устойчивыми любовными обязательствами. Путь
оказывается полон противоречий, разрывов и разочарований; он изменяет не только
отношения с другими, но и отношение человека к самому себе.
Особое переживание времени проявляется как в любовных историях, так и в способе общения
на форуме. Участники говорят о потребности в немедленном удовлетворении, «здесь и
сейчас», а в онлайн-группу приходят за быстрым ответом. Авторы связывают это с культурой
гиперсовременности, характеризующейся срочностью, мгновенностью и сосредоточенностью
на настоящем (Aubert, 2010).
И рассказы о внепарных отношениях, и поиск онлайн-поддержки отражают общую
психологическую задачу: быть рядом с другими, сохраняя индивидуальность. Третий человек
может становиться точкой равновесия между стремлением к отдельной жизни и потребностью
в зависимости. Подобным образом цифровое сообщество становится «третьим», который
находится настолько близко и настолько далеко, насколько человек способен выдержать.
Потребность принадлежать другим сочетается со стремлением к автономии и делает
современную близость внутренне противоречивой.
Ограничения и вклад исследования
Работа показывает, как опыт третьей стороны создаётся и переосмысляется в онлайн-группах
поддержки. Однако тематический анализ сообщений не был направлен на подробное изучение
структуры языка и взаимодействия. Анонимность не позволяла надёжно определить пол и
сексуальную ориентацию участников, поэтому эти характеристики не фиксировались.
Материалы получены в сообществе, куда люди обращаются за помощью; переживания тех, кто
не ищет поддержки или находится вне кризиса, остались вне поля зрения исследователей.
Несмотря на ограничения, авторы рассматривают работу как один из первых опытов изучения
переживаний третьей стороны на материале свободно публикуемых самими участниками
рассказов. Международный онлайн-форум позволяет исследовать личный опыт, создание
смыслов, переговоры об отношениях и представления о том, как они устроены. Результаты
отражают противоречивые культурные сюжеты, образы себя и дилеммы близости,
проявляющиеся в цифровом общении.
Исследование выполнено в рамках докторской диссертации Ntali (2019) при стипендиальной
поддержке фонда Онассиса. Авторы заявляют об отсутствии конкурирующих интересов и
дополнительной нефинансовой поддержки.
Информация о публикации:
Оригинал: Ntali, E., & Christakis, N. (2021). Being the Infidelity Partner: Narratives of Lived Experiences in an Online Support Group. Interpersona, 15(2), 197–211.
Перевод на русский язык — Анна Лавьер, системный семейный терапевт, 2026.
Оригинальная статья распространяется по лицензии Creative Commons Attribution 4.0 International (CC BY 4.0). Перевод не является официальной версией публикации.
При распространении материала необходимо указывать авторов оригинального исследования, источник, лицензию и сведения о переводе.
Вся психология отношений в моем телеграмм-канале посмотреть
Эвдокия Нтали, Николас Христакис · Вольный перевод, Анна Лавьер, 2026
Аннотация
Учитывая скрытый характер неверности и её неблагоприятное влияние на вовлечённых
партнёров, настоящее качественное исследование изучило, как люди, участвовавшие во
внепарных отношениях в качестве третьей стороны, рассказывают о своём опыте в
онлайн-группе поддержки.
Проанализированы 60 сообщений, опубликованных в течение шести
месяцев. Тематический анализ выявил три основные темы:
- Противоречивые измерения опыта третьей стороны: жизнь в тени утраты и преобладание амбивалентности, когда сосуществуют противоположные побуждения.
- Привлекательные стороны отношений: отношения как поддерживающая среда и стремление к исключительности между ощущением полноты и нехватки.
- Усвоенные уроки и обобщающие выводы.
Исследование показывает, как участники заново выстраивают понимание внепарных
отношений и создают новые способы осмысления своего опыта. Их размышления об интимных
отношениях отражают более широкие культурные представления, противоречия и дилеммы,
связанные с образом себя и отношениями, проявляющиеся в письменном общении
онлайн-группы.
Введение
Создание и поддержание отношений связано с множеством трудностей. Конфликты,
предательство, болезненные сообщения и другие нарушения неизбежно встречаются в
близких отношениях (Niehuis et al., 2019; Pederson & McLaren, 2017). Неверность особенно
привлекает общественное и научное внимание. Единого общепринятого определения
неверности нет. Как отмечают Hertlein и соавторы (2005), даже два человека в одних
отношениях могут по-разному понимать, что именно считается изменой. Оценка неверности
зависит от субъективных критериев и прямых либо косвенных правил пары (Adam, 2019). Если
традиционно под неверностью понимали внебрачный половой контакт (Thompson, 1983),
современные определения включают эмоциональную, сексуальную, смешанную и
интернет-неверность (Guitar et al., 2017; Hertlein et al., 2005).
Общим для определений является нарушение явного или подразумеваемого соглашения
между двумя людьми. Неверность предполагает сексуальные переживания или отношения за
пределами пары, способные повлиять на основные отношения и вызвать неблагоприятные
внутриличностные и межличностные последствия (Hargrave, 2008). Fife и соавторы (2008)
определяют её как предательство выраженного или подразумеваемого обязательства
интимной исключительности: эмоциональная и/или сексуальная близость разделяется с
человеком вне основных отношений без согласия другого партнёра. Неверность может нарушить непрерывность отношений, привести к разводу либо обращению
за профессиональной помощью (Timm & Blow, 2018; Yuan & Weiser, 2019). Она способна
разрушать доверие, привязанность, нежность и близость (Leeker & Carlozzi, 2014).
Описываются стыд, утрата, избегание, эмоциональное истощение (Gordon et al., 2005; Warach &
Josephs, 2021), депрессивные, тревожные и психосоматические реакции (Shrout & Weigel, 2018).
При этом человек, изменивший партнёру, тоже может испытывать эмоциональное потрясение,
скорбь, депрессивные симптомы и чувство вины (Walters & Burger, 2013; Wilkinson & Dunlop,
2021).
Хотя переживания пострадавшего партнёра хорошо изучены, исследований
непосредственного опыта людей, становящихся третьей стороной уже существующих
отношений, крайне мало. Причины — скрытность таких связей и их общественное
неодобрение.
Опыт третьей стороны неверности
Социолог Лорел Ричардсон (1985) собрала качественные данные о женщинах, которые
сознательно вступали в отношения с женатыми мужчинами. Для некоторых это было способом
исследовать собственную сексуальность; отношения приносили личные и профессиональные
преимущества (Richardson, 1985, 1988). Большинство выражало сожаление, хотя некоторые не
раскаивались. Женщины нередко подстраивали жизнь под партнёра, отдалялись от
источников поддержки и чувствовали одиночество после разрыва, когда мужчина возвращался
к жене.
Weiser и Weigel (2015) изучали опыт третьей стороны и личностные характеристики.
Большинство участников сначала не знали, что оказались вовлечены в измену; после
выяснения обстоятельств менее половины прекращали отношения. Авторы обсуждали связи с
меньшей доброжелательностью, тревожной привязанностью и более ограниченной
социосексуальной ориентацией. Эти результаты относятся к исследованной выборке и не
позволяют объяснить каждый отдельный случай.
DePompo и Butsuhara (2016) исследовали особый опыт третьего партнёра. Участники
описывали момент включения привязанности, дававший надежду на удовлетворение важных
потребностей, затем — понимание того, что реальность может отличаться от ожиданий. Они
сообщали о противоречащих друг другу ценностях, попытках сосредоточиться на хорошем,
навязчивых размышлениях, отдалении от друзей и семьи и значительных вложениях в
отношения.
Utley (2016) оспаривала уничижительные стереотипы о «другой женщине», изучая переговоры
о власти в неравных отношениях. Участницы дистанцировались от негативных стереотипов,
считая, что те относятся к кому-то другому. Они описывали удовлетворение прежде
неудовлетворённых эмоциональных и сексуальных потребностей, но также чувства глупости,
пустоты, покинутости и разрушенности.
Ещё одно направление — «увести партнёра» (mate poaching), то есть попытки привлечь человека
из уже существующих отношений. Schmitt и Buss (2001), Sunderani и соавторы (2013), Arnocky и
соавторы (2013) изучали распространённость такого поведения, индивидуальные
характеристики, предполагаемые выгоды и издержки, а также связи с сексуальным и
романтическим опытом.
Значение настоящего исследования
Большинство работ посвящено переживаниям преданного партнёра. Между тем неверность затрагивает всех участников. Недостаточно известно, как мужчины и женщины в роли третьей стороны понимают отношения, какие трудности испытывают и какие потребности удовлетворяют. Скрытность, запретность и стигматизация могут мешать обращаться за поддержкой.
Онлайн-группы поддержки предлагают доступность, удобство, контроль общения, социальную дистанцию и анонимность (Barak et al., 2008), что облегчает обсуждение стыдных или стигматизированных тем. Подобное общение может способствовать совладанию, ощущению влияния на ситуацию и психологическому благополучию (van Uden-Kraan et al., 2008).
Люди ищут поддержку в интернет-сообществах и переосмысляют свой опыт. Эти
переосмысления влияют на их действия вне сети. Платформа не просто передаёт неизменные
взгляды: её особенности формируют рассказы и придаваемые событиям значения (Baym, 2010).
Исследование использует рассказы в группе взаимопомощи, чтобы понять опыт третьей
стороны в моменты переживания болезненных последствий отношений.
Метод и цель исследования
Главный вопрос: как участники онлайн-группы поддержки описывают опыт пребывания в роли
третьей стороны посредством самопрезентации и раскрытия чувствительных сторон своей
жизни? Исследование опирается на конструктивистский подход и два допущения: смысл
неверности социально конструируется и изменяется; участники сообщества заново создают
представления о внепарных отношениях в процессе общения.
Процедура
Источником послужило онлайн-сообщество поддержки LoveAffairs (это псевдоним, выбранный
по этическим причинам). В нём обсуждают любовные связи, семейные отношения, расставания
и другие темы. Для публикации сообщений нужна регистрация, но сообщения доступны
публично. Авторы заменили имена участников и название форума, чтобы снизить риск
идентификации. Они рассматривали этические последствия использования опубликованных
сообщений без индивидуального согласия.
Сбор и анализ данных
Исследование одобрил этический комитет факультета коммуникации и медиа-исследований
Национального университета имени Каподистрии в Афинах. Применялась целенаправленная,
неслучайная выборка: 60 сообщений от 60 разных людей, обращавшихся за ответом или
поддержкой и имевших опыт третьей стороны. Сообщения опубликованы с 1 февраля по 31
июля 2017 года. В исходных публикациях указаны автор, дата, время и текст.
Использовался индуктивный тематический анализ (Braun & Clarke, 2006; Clarke et al., 2015),
позволяющий выявлять смысловые закономерности в свободных рассказах. Материалы
обрабатывали в MAXQDA. Шесть этапов включали многократное чтение и знакомство с
текстами, создание кодов и подкодов, поиск тем, проверку тем, их определение и подготовку
иллюстрирующих примеров. Два подготовленных аналитика кодировали материалы четырьмя
частями по 25% массива; согласованность сегментации составила 85%.
Результаты анализа сообщений людей, определявших себя как «другой мужчина» или «другая женщина», позволил выделить три главные темы и несколько подтем:
1. Противоречивые стороны опыта третьей стороны. «Жизнь в тени утраты» — внутренние
конфликты, разочарование при разрыве или дистанцировании партнёра. «Преобладание
амбивалентности» — дилеммы и трудности выбора дальнейшего пути отношений.
2. Притягивающие стороны отношений. «Отношения как поддерживающая среда» —
поддержка и безопасность, удерживающие человека в связи. «Стремление к
исключительности» — желание продолжения отношений и перехода к иной форме
обязательств.
3. Усвоенные уроки и обобщающие выводы. Осмысление общего развития отношений и
формирование представлений об их качестве и значении.
Противоречивые стороны опыта третьей стороны
Жизнь в тени утраты
Сначала участники рассказывают о надеждах, планах на будущее и потребностях, которые
рассчитывали удовлетворить. Но эти представления могут внезапно разрушиться, когда
партнёр решает прекратить отношения или отдаляется. Это вызывает душевную боль.
Переживание предательства может включать два аспекта: отвержение и то, что партнёр
выбирает другого человека — вероятно, супруга или супругу.
«Мы были безумно влюблены и строили планы на совместное будущее. Вдруг он стал
холодным. (…) Как можно перейти от невероятной любви и намерения уйти от жены к
тому, чтобы так хладнокровно бросить человека? Я в шоке, и боль невыносима. —
Кэтрин»
«Прошло восемь месяцев с нашей последней встречи, а я чувствую себя ещё более
потерянной и одинокой. (…) Разумом я понимаю, что так лучше, но мне требуется так
много времени, чтобы снова почувствовать себя целой и двигаться дальше. Кажется, я
застряла. — Барбара»
Вступая в страстную связь, люди ожидают удовлетворения потребностей, но сталкиваются с
тем, что отношения развиваются не так, как представлялось (Cupach & Spitzberg, 2010). Разрыв
может запускать переживания потери, разочарования и отвержения.
Кэтрин описывает себя как «совершенно отвергнутую, словно мешок картошки», а Хелен — как «пустую оболочку».
После расставания возникает ощущение личной неудачи. Утрата затрагивает и идентичность:
воспоминания о себе как о партнёре конкретного человека становятся болезненными, когда
эта роль исчезает. Таким образом, утрата оказывается центральным переживанием.
Преобладание амбивалентности: когда сосуществуют противоположные побуждения
Участники описывают дилеммы и трудности принятия решений. Секретность, знание о
существовании другого официального партнёра и неопределённость будущего постоянно
тянут человека в противоположные стороны.
«Я не мог до конца включиться в происходящее, потому что мои моральные представления и чувство реальности совершенно сбились с курса среди этой сюрреалистической череды событий. — Джордж»
«Я сейчас в очень плохом состоянии. Я так сильно люблю этого мужчину и любила всю
свою жизнь. Мне ужасно жаль его постоянную партнёршу, чувство вины мучительно, но и
собственные желания разрывают меня. — Мэри»
В рассказах сталкиваются сила желания и понимание, что изменения, необходимые для
продолжения отношений, могут изменить и саму близость. Авторы рассуждают о том, что
запреты и препятствия способны поддерживать желание. Один участник называет
происходящее «пузырём» — особым миром отношений, не совпадающим с повседневной
реальностью.
«Я понимаю, что наши отношения существовали словно в пузыре и стали бы другими с
опекой над детьми и повседневными заботами. (…) Логически уходить нет смысла, но
сердце говорит обратное. В голове мне кажется, что у нас всё получилось бы (хотя это
может быть туманом), и я не знаю, сколько ещё выдержу эту борьбу. — Майкл»
Рассказы отражают переплетение этических вопросов и стремления к личному
удовлетворению. Люди колеблются между желанием более устойчивых обязательств и
потребностью сохранять дистанцию; между безопасностью и свободой без ограничений. Они
оказываются в промежуточном состоянии приверженности.
Притягивающие стороны отношений. Отношения как поддерживающая среда
Несмотря на противоречия и издержки, внепарные отношения удовлетворяют эмоциональные
и практические потребности, компенсируя их цену. Участники особенно подчёркивают
поддержку.
«Эмоциональная поддержка, которую он мне давал, была поразительной. Я чувствовала
себя по-настоящему любимой, защищённой и в безопасности. Я снова почувствовала себя
живой. — Кейт»
«Мы оба активно поддерживаем друг друга всеми возможными способами. (…)
Поддержка, которую мы даём друг другу, исходит именно из этого. (…) Я стараюсь
создавать для него атмосферу любви, принятия, похвалы и полного отсутствия давления.
— Анна»
Описывается атмосфера любви, понимания, принятия, защищённости и заботы, где
удовлетворяется потребность в общении и защите, но отсутствуют некоторые обязательства
обычных отношений. Взаимная поддержка, эмпатическое понимание и определённая
дистанция оказываются значимыми.
«Мы договорились подождать, пока его ещё не родившемуся ребёнку исполнится год.
(…)
Мы обсудили, что сначала должны разойтись с прежними партнёрами, дать всем
семьям время приспособиться, а потом свободно строить наши отношения. — Марта»
Такие отношения могут развиваться в сторону исключительности, но сталкиваются с
препятствиями, например с важными переходными событиями в основной семье. Возникают
«отношения в режиме ожидания», проходящие циклы и этапы, зависящие от обстоятельств за пределами пары. Связь может начинаться как гибкая и временная, но со временем один или
оба участника начинают настойчиво стремиться к исключительности, пытаясь совместить
безопасность стабильности с приключением, поддерживающим желание.
Стремление к исключительности
Несмотря на препятствия, участники описывают надежды и образы совместного будущего.
«Я фантазировал и представлял наше прекрасное совместное будущее, и, как ни
печально, мысленно вычеркнул из него свою семью. — Николас»
«Он предложил мне переехать. Я настаивала, что нужно прекратить переписку и всё
остальное, но это не сработало — чувства оставались очень сильными. Через шесть
месяцев мы планировали уйти от своих партнёров и жить вместе. — Ив»
Хотя такие отношения начинаются в условиях отсутствия исключительности, желание
эксклюзивной связи часто сохраняется. Невозможность осуществить это стремление вызывает
разочарование.
«Поэтому я решила наслаждаться этим, сколько бы оно ни продлилось. Он первым
сказал, что любит меня. Я ответила тем же, и через несколько месяцев это стало
совершенно искренним. Я любила его, восхищалась им, он меня завораживал. Мне было
так грустно от мысли, что я стану лишь маленькой главой в его жизни. — Бренда»
Многие участники стремятся к устойчивым обязательствам вопреки временному характеру
связи. Это можно рассматривать как движение вперёд, призванное разрешить противоречия.
Люди ищут эмоциональную связь, способную обеспечить безопасность. В следующей теме
рассматривается, как они сами объясняют причины выбора таких отношений.
Усвоенные уроки и обобщающие выводы
В сообщениях участники объясняют, почему отношения возникли, сохранялись и завершились,
а также оценивают их развитие и качество. Рассказ о своём опыте помогает заново
договориться с собой о значении этих отношений и перестроить его. Люди обращаются к
самоанализу и делятся выводами с другими.
Некоторые пытаются объяснить возникновение и болезненное завершение связи причинами,
выходящими за рамки взаимного притяжения.
«Теперь мне кажется, что всё это было нужно, чтобы потешить его самолюбие и
проверить, сможет ли он меня заполучить. Теперь он знает, что смог, и выбросил меня,
возможно, даже получая удовольствие от грубости. Я запуталась. Может быть, я сама
водила его за нос и не должна ожидать, что он будет бежать по первому моему зову. —
Ив»
Участница приписывает возникновение связи потребности партнёра укрепить самооценку и
почувствовать власть над ней. Когда эта цель, по её мнению, была достигнута, он перестал
откликаться. Такое объяснение формирует отрицательную итоговую оценку отношений.
В других рассказах осмысление сопровождается обесцениванием себя и всей связи. Люди
сожалеют о случившемся.
«Оглядываясь назад, я была такой наивной и глупой, что связалась с ним и поверила всей
его лжи! Я очень глубоко сожалею об этом периоде своей жизни. — Моника»
«Хотелось бы, чтобы этого не случилось, но я человек, и вред уже нанесён. Урок усвоен.
Думаю, в конце концов он просто выбрал путь наименьшего сопротивления. Вина,
разоблачение — ему нужен был покой, поэтому он остался с женой, вместо того чтобы
рискнуть и быть со мной. — Джессика»
Обе участницы описывают сожаление и стремятся рационально объяснить своё участие. В
первом случае осознание обмана и утрата доверия способствуют самозащите и
дистанцированию. Во втором подчёркивается риск, который мужчина, по мнению участницы,
не захотел принимать, а также возможное влияние социального окружения.
Другие участники формулируют уроки в виде советов сообществу.
«Я многое узнал из этого опыта о себе и других людях. Я определённо стал меньше
осуждать окружающих. Я понял, насколько важна забота о себе: не только ходить в
спортзал, но и ставить себя на первое место. Каждый отвечает за собственную жизнь. —
Джон»
«Вот чему я научилась: Романы на стороне — это настоящие отношения. Два человека
вкладывают время, эмоции и силы — это реальные отношения. (…) Не все люди ставят
любовь и близость на одинаковое место в своей жизни. Причина, по которой вам
кажется, что никто не понимает вас так, как партнёр по роману, может заключаться в
том, что с ним вы проявляете наиболее искреннюю версию себя. — Маргарет»
Маргарет подчёркивает реальность эмоциональных вложений, различия в значении любви и
близости для разных людей и возможность переживать себя более свободно. Её личные
выводы приобретают нормативный, поучающий характер, отражая распространённые
культурные представления о романтических отношениях.
Обсуждение
Участники переосмысляют причины и итоги отношений, факторы разрыва и общую оценку
связи. Сжатые рассказы помогают заново создать значение опыта третьей стороны. Они ищут
облегчение среди людей, способных понять их боль и предложить поддержку.
Онлайн-общение становится своеобразным продолжением дружеского разговора, но
подчиняется риторическим и эмоциональным правилам группы. На основе представлений о
любви, желании, близости, этике и предательстве участники выстраивают личную
идентичность и пытаются справиться с переживаемыми трудностями.
В целом третьи партнёры переживают многие процессы, сходные с теми, что происходят в
эксклюзивных отношениях. Однако переживание утраты оказывается особенно существенным.
Участникам трудно понять и принять происходящее; они колеблются между желанием
продолжить связь и потребностью отдалиться (см. также DePompo & Butsuhara, 2016). Эти
колебания связаны и с запретным характером отношений, и с желанием сохранять свободу.
Одновременно люди стремятся к поддержке, безопасности, заботе и устойчивым
обязательствам.
Такие отношения отличаются недостатком общественного признания, невозможностью
контролировать их развитие и отсутствием ясных обязательств. Возникает положение
«ожидания» и неопределённых надежд на будущее, в котором связь станет исключительной.
Когда надежды не оправдываются, участники через внутренний диалог пересматривают
отношения и своё место в них. Этот диалог помогает увидеть отрицательные стороны и,
возможно, избежать повторения подобного опыта.
Эмоционально насыщенные рассказы передают утрату отношений, которая может становиться утратой части себя, и неопределённость собственного положения. Человек способен ощущать
себя главным проигравшим в треугольнике. Сходные переживания описаны Utley (2016) в
исследовании власти в неравных отношениях.
Участники сообщают о стыде из-за общественного неодобрения. Запретность и временный характер связи могут приносить возбуждение и удовольствие, но многие одновременно стремятся к надёжной исключительной приверженности, сталкиваясь с препятствиями существующего брака или основных отношений партнёра.
Публичное признание чувств имеет моральное измерение и может выполнять
восстановительную функцию. В таком признании проявляется надежда вновь почувствовать
принадлежность к моральному сообществу. Онлайн-группа становится культурным
пространством, где в центре обсуждения — эмоциональные раны и боль: «Почему я страдаю?»
и «Как лучше справиться с этой болью?» Авторы подчёркивают, что разговор строится не
только вокруг индивидуальных желаний, но и вокруг значимости близких отношений и
неоднозначности регулирующих их норм (Illouz, 1999).
Для понимания переживаний необходимо учитывать межсубъектный контекст:
психологические явления нельзя полностью объяснить вне отношений, в которых они
возникают. Авторы обращаются к идее Stolorow (2002), согласно которой внутриличностный
детерминизм уступает место последовательному вниманию к межсубъектному контексту, а
также к представлению о формировании человека через историю объектных отношений и сеть
связей (Roseneil, 2009).
То, как люди говорят об эмоциях и сексуальности, связано с формированием Я. Я создаётся в
отношениях, и при их разрушении человек страдает. Современная близость ставит перед
человеком двойную задачу: искать безопасность обязательств и одновременно сохранять
самостоятельность — быть свободным и вместе с другим (Bauman, 2003; Hobbs et al., 2017).
Рассказы участников отражают преобразования современных отношений.
Третья сторона находится в связи, где другой человек одновременно близок и далёк: отношения существуют сейчас, но возможность общего будущего ограничена. Это обостряет конфликт между кратковременным удовольствием и устойчивыми любовными обязательствами. Путь
оказывается полон противоречий, разрывов и разочарований; он изменяет не только
отношения с другими, но и отношение человека к самому себе.
Особое переживание времени проявляется как в любовных историях, так и в способе общения
на форуме. Участники говорят о потребности в немедленном удовлетворении, «здесь и
сейчас», а в онлайн-группу приходят за быстрым ответом. Авторы связывают это с культурой
гиперсовременности, характеризующейся срочностью, мгновенностью и сосредоточенностью
на настоящем (Aubert, 2010).
И рассказы о внепарных отношениях, и поиск онлайн-поддержки отражают общую
психологическую задачу: быть рядом с другими, сохраняя индивидуальность. Третий человек
может становиться точкой равновесия между стремлением к отдельной жизни и потребностью
в зависимости. Подобным образом цифровое сообщество становится «третьим», который
находится настолько близко и настолько далеко, насколько человек способен выдержать.
Потребность принадлежать другим сочетается со стремлением к автономии и делает
современную близость внутренне противоречивой.
Ограничения и вклад исследования
Работа показывает, как опыт третьей стороны создаётся и переосмысляется в онлайн-группах
поддержки. Однако тематический анализ сообщений не был направлен на подробное изучение
структуры языка и взаимодействия. Анонимность не позволяла надёжно определить пол и
сексуальную ориентацию участников, поэтому эти характеристики не фиксировались.
Материалы получены в сообществе, куда люди обращаются за помощью; переживания тех, кто
не ищет поддержки или находится вне кризиса, остались вне поля зрения исследователей.
Несмотря на ограничения, авторы рассматривают работу как один из первых опытов изучения
переживаний третьей стороны на материале свободно публикуемых самими участниками
рассказов. Международный онлайн-форум позволяет исследовать личный опыт, создание
смыслов, переговоры об отношениях и представления о том, как они устроены. Результаты
отражают противоречивые культурные сюжеты, образы себя и дилеммы близости,
проявляющиеся в цифровом общении.
Исследование выполнено в рамках докторской диссертации Ntali (2019) при стипендиальной
поддержке фонда Онассиса. Авторы заявляют об отсутствии конкурирующих интересов и
дополнительной нефинансовой поддержки.
Информация о публикации:
Оригинал: Ntali, E., & Christakis, N. (2021). Being the Infidelity Partner: Narratives of Lived Experiences in an Online Support Group. Interpersona, 15(2), 197–211.
Перевод на русский язык — Анна Лавьер, системный семейный терапевт, 2026.
Оригинальная статья распространяется по лицензии Creative Commons Attribution 4.0 International (CC BY 4.0). Перевод не является официальной версией публикации.
При распространении материала необходимо указывать авторов оригинального исследования, источник, лицензию и сведения о переводе.
Вся психология отношений в моем телеграмм-канале посмотреть
Записываясь на консультацию вы принимаете условия договора оферты. Подробнее...